- Сообщения
- 10,709
- Реакции
- 44,368
- Баллы
- 135
Солдатам из стройбата на значки выменивали патроны для строительных пистолетов. Дембеля все в значках с ног до головы уходили)
Последнее редактирование:
80е года или жизнь до "перестройки"
- Автор темы Команда Абырвалг.НЕТ
- Дата начала
- Сообщения
- 1,606
- Реакции
- 7,641
- Баллы
- 135
А я то думаю: откуда у них эта традиция пошла ))))))))):mosking: Осталось выяснить : кто и что им на аксельбанты выменивал..))))
- Сообщения
- 17,508
- Реакции
- 92,456
- Баллы
- 135
это не магнитики - наклейки...от бананов к примеру....:drinks:
- Сообщения
- 600
- Реакции
- 4,627
- Баллы
- 93
Бананы были. Сам лично в 83м покупал.:wink:
- Сообщения
- 10,709
- Реакции
- 44,368
- Баллы
- 135
На Кольский привозили, зеленые еще, в кладовке дозревали.
- Сообщения
- 1,606
- Реакции
- 7,641
- Баллы
- 135
Мы из ГСВГ на дембель в основном ножи "Козьи ножки" везли ( с ручкой из ноги косули) .... Стоили не очень дорого, а как подарок - классно смотрелись и острые , круче бритвы были с заводской заточкой... Я штук десять приволок....
- Сообщения
- 11,565
- Реакции
- 36,737
- Баллы
- 135
А мы из ЗГВ )))) такие вещи динозаврячьи не возили)))мы тащили майфуны двухкассетные,конфеты с лидером,сиги Мальборо и видеокассеты
- Сообщения
- 105,952
- Реакции
- 426,756
- Баллы
- 135
дымовуха говорите)))
-----
Произошло эта история со мной в году 86... Перестройка тогда только начинала набирать обороты. Дух свободы только начал движение по стране. Только-только разрешили слово “рок" и появились первые видеосалоны. Мне тогда было лет 16, а жил я в небольшом украинского городке.
В начале августа я поехал со своим отцом в турпоездку в Ленинград.
В те годы поездки были в основном организованные. Ехали группами с руководителями и по заранее запланированной программе поездки.
Около суток мы добирались на поезде до Питера.
По приезду нас поселили в гостинице Октябрьская, человек по десять в номере. И выдали пропуска для входа в гостиницу.
Мужчины и женщины селились отдельно. В моем номере был парень, на год или два старше, Андрюха. Мы с ним сдружились и дальше уже тусовались вместе.
Все дни у нас проходили похоже. Утром нас везли на экскурсию на автобусе.
А вечером…. Вечером был видеосалон. Я тогда впервые увидел видеомагнитофон. Видеофильмы были что-то совершенно новое. После советских фильмов о передовиках производства и образцово-показательных колхозах, видеофильмы были совсем другими. Более смелыми и откровенными - более интересными. Даже иностранные фильмы в кинотеатрах не могли сравниться с тем, что я смотрел на видео.
Тогда я впервые увидел “Полицейскую Академию”, “Зловещих Мертвецов” и “Ключ” Тинто Брасса.
В последний день пребывания, по программе, был свободный день. Экскурсий больше не было и никуда нас большие не возили. Нас просто отпустили бродить по городу. Взрослые пошли по магазинам отовариваться дефицитами. А я с Андрюхой пошли снимать девочек. Один из наших соседей по комнате объяснил нам, что девочек снимать нужно на Невском проспекте, возле Казанского собора. Туда мы и направились.
Андрюха много рассказывал про свободные нравы питерских девушек и как легко они дают. Я почти не сомневался, что с его помощью я сниму сегодня девчонку.
...
Девушек мы увидели сразу. Столько крутых девчонок сразу вместе, мы наверное, видели только в нашей “Клетке” на дискотеке.
Андрюха достал сигареты. Мы закурили. Лично я курить не умел, не умею и сейчас… но тогда мне казалось , что если девчонки увидят меня с сигаретой, то сразу поймут, что я крутой взрослый чувак!
Какие-то девушки попросили у нас закурить. Девушки очень внимательно рассматривали наши сигареты. Таких раньше они не видели. Их очень удивило, что это молдавские сигареты - Флуэраш. У нас в городе кишиневские сигареты ценились и считались лучшими, но для нас это были обычные сигареты.
Сейчас я поднимаю, что девушки обратили внимание на сигареты, точнее на незнакомую пачку, и наверное решили, что мы иностранцы.
Минут десять мы болтали “ни о чем”. Пачка сигарет перекочевала к девчонкам в сумку. Затем девчонки предложили сходить в кафе через дорогу и выпить сока.
Я как джентльмен заплатил за напитки, но у бармена не было сдачи с 10 рублей. Он предложил подождать пару минут, когда заплатят следующие посетители и из этих денег мне дать сдачу. Я остался ждать в кафе, а Андрюха с девушками вышли наружу.
Наконец, минут через десять, бармен собрал деньги на сдачу и расплатился со мной. Я уже выходил из кафе, когда увидел Андрюху с совершенно офигевшим взглядом. - Смываемся! Скорее! Потом объясню!
Пробежав пару кварталов, и отдышавшись, Андрюха рассказал, что к девушкам подошли какие-то амбалы. Что амбалы сутенеры эти девушек и они от него потребовали денег. А он смылся, чтобы не платить.
Придя в гостиницу мы познакомились с женщиной лет под 30. Как именно, я уже не помню. Зато я помню, что фигурка у неё была что надо , а еще она носила просто замечательную мини юбку. Если учесть, что девушки в то время мини юбки почти не носили, то это было вдвойне круто.
В отличие от нас она была в командировке и жила в комнате с одной соседкой.
Слово за слово мы разговорились и девушка пригласила меня прийти к ней в гости. Соседки в номере не было и в ближайшее время она не должна была появиться.
Андрюха сделал таинственный вид и вспомнил о каком-то срочном деле, оставил нас вдвоем.
Дальше мне вспоминать стыдно… Если бы я мог, я бы сейчас попросил у нее прощение, и уж конечно бы не упустил возможность….
Мы зашли в её номер. Она предложила подождать ее пока она примет ванну. А я спросил, нет ли у нее лекарств, что я хочу ей показать что-то интересное. Пока она принимала ванну я быстренько из ее лекарств соорудили дымовуху, кинул в углу прихожей и смылся из номера...
Тогда мне казалось это очень остроумно, что у нее в номере вдруг начнёт валить дым.
…
Говорят, что она еще потом долго бегала по гостинице и пообещала оторвать мне голову, если поймает.
Наша поездка закончилась. Мы уехали домой. И “то самое” случилось только пару лет спустя и совсем при других обстоятельствах...
-----
Произошло эта история со мной в году 86... Перестройка тогда только начинала набирать обороты. Дух свободы только начал движение по стране. Только-только разрешили слово “рок" и появились первые видеосалоны. Мне тогда было лет 16, а жил я в небольшом украинского городке.
В начале августа я поехал со своим отцом в турпоездку в Ленинград.
В те годы поездки были в основном организованные. Ехали группами с руководителями и по заранее запланированной программе поездки.
Около суток мы добирались на поезде до Питера.
По приезду нас поселили в гостинице Октябрьская, человек по десять в номере. И выдали пропуска для входа в гостиницу.
Мужчины и женщины селились отдельно. В моем номере был парень, на год или два старше, Андрюха. Мы с ним сдружились и дальше уже тусовались вместе.
Все дни у нас проходили похоже. Утром нас везли на экскурсию на автобусе.
А вечером…. Вечером был видеосалон. Я тогда впервые увидел видеомагнитофон. Видеофильмы были что-то совершенно новое. После советских фильмов о передовиках производства и образцово-показательных колхозах, видеофильмы были совсем другими. Более смелыми и откровенными - более интересными. Даже иностранные фильмы в кинотеатрах не могли сравниться с тем, что я смотрел на видео.
Тогда я впервые увидел “Полицейскую Академию”, “Зловещих Мертвецов” и “Ключ” Тинто Брасса.
В последний день пребывания, по программе, был свободный день. Экскурсий больше не было и никуда нас большие не возили. Нас просто отпустили бродить по городу. Взрослые пошли по магазинам отовариваться дефицитами. А я с Андрюхой пошли снимать девочек. Один из наших соседей по комнате объяснил нам, что девочек снимать нужно на Невском проспекте, возле Казанского собора. Туда мы и направились.
Андрюха много рассказывал про свободные нравы питерских девушек и как легко они дают. Я почти не сомневался, что с его помощью я сниму сегодня девчонку.
...
Девушек мы увидели сразу. Столько крутых девчонок сразу вместе, мы наверное, видели только в нашей “Клетке” на дискотеке.
Андрюха достал сигареты. Мы закурили. Лично я курить не умел, не умею и сейчас… но тогда мне казалось , что если девчонки увидят меня с сигаретой, то сразу поймут, что я крутой взрослый чувак!
Какие-то девушки попросили у нас закурить. Девушки очень внимательно рассматривали наши сигареты. Таких раньше они не видели. Их очень удивило, что это молдавские сигареты - Флуэраш. У нас в городе кишиневские сигареты ценились и считались лучшими, но для нас это были обычные сигареты.
Сейчас я поднимаю, что девушки обратили внимание на сигареты, точнее на незнакомую пачку, и наверное решили, что мы иностранцы.
Минут десять мы болтали “ни о чем”. Пачка сигарет перекочевала к девчонкам в сумку. Затем девчонки предложили сходить в кафе через дорогу и выпить сока.
Я как джентльмен заплатил за напитки, но у бармена не было сдачи с 10 рублей. Он предложил подождать пару минут, когда заплатят следующие посетители и из этих денег мне дать сдачу. Я остался ждать в кафе, а Андрюха с девушками вышли наружу.
Наконец, минут через десять, бармен собрал деньги на сдачу и расплатился со мной. Я уже выходил из кафе, когда увидел Андрюху с совершенно офигевшим взглядом. - Смываемся! Скорее! Потом объясню!
Пробежав пару кварталов, и отдышавшись, Андрюха рассказал, что к девушкам подошли какие-то амбалы. Что амбалы сутенеры эти девушек и они от него потребовали денег. А он смылся, чтобы не платить.
Придя в гостиницу мы познакомились с женщиной лет под 30. Как именно, я уже не помню. Зато я помню, что фигурка у неё была что надо , а еще она носила просто замечательную мини юбку. Если учесть, что девушки в то время мини юбки почти не носили, то это было вдвойне круто.
В отличие от нас она была в командировке и жила в комнате с одной соседкой.
Слово за слово мы разговорились и девушка пригласила меня прийти к ней в гости. Соседки в номере не было и в ближайшее время она не должна была появиться.
Андрюха сделал таинственный вид и вспомнил о каком-то срочном деле, оставил нас вдвоем.
Дальше мне вспоминать стыдно… Если бы я мог, я бы сейчас попросил у нее прощение, и уж конечно бы не упустил возможность….
Мы зашли в её номер. Она предложила подождать ее пока она примет ванну. А я спросил, нет ли у нее лекарств, что я хочу ей показать что-то интересное. Пока она принимала ванну я быстренько из ее лекарств соорудили дымовуху, кинул в углу прихожей и смылся из номера...
Тогда мне казалось это очень остроумно, что у нее в номере вдруг начнёт валить дым.
…
Говорят, что она еще потом долго бегала по гостинице и пообещала оторвать мне голову, если поймает.
Наша поездка закончилась. Мы уехали домой. И “то самое” случилось только пару лет спустя и совсем при других обстоятельствах...
- Сообщения
- 105,952
- Реакции
- 426,756
- Баллы
- 135
Классический вариант. Великий Советский Союз. Бухают 3 мужика и рассказывают друг другу всю правду о стране, в которой живут. Главное, чтобы никто не услышал. А то сразу же заметут в КГБ. И кирдык — 10 лет лагерей.
Итак, пьют Колька, Серёга и Егор (он помладше)
— Вчера Манька колбасы достала, — начинает базар Серёга. — Ну, пожарили картофану, сверху — колбасные кругляшки. Смотрю — потекли кругляшки-то, обмякли и превратились в какую-то жижу. Я их достал. Они полежали, высохли — туалетная бумага оказалась внутри-то! Сверху кожура типа мясная, — а внутри: бумага. Вот и поели, называется.
Егорка разлил по кругу гранёные полтишки.
— А слабо зараз в три стакана поровну? — ухмыльнулся Колька.
— Это старая мулька: по 7 буль-булей на рыло.
— Почему по семь? — не понял Егор.
— В бутылке — 21 буль-булька. Поэтому на троих — получается по 7. Вот и всё.
— Кстати, чувствуете, водка немного как бы древесиной отдаёт?
— Ну…
— Это её из опилок стали гнать.
— Да ну…
— Да-да. Брежнев все бабки в ракеты вбухивает, да на Кубу отсылает — вместе с урожаем зерна. Вот водку и делают из опилок.
— Ну, сволочи.
— Это что, — подхватил Егорка. — Маманька тут масла сливочного купила. Я в ПТУ убежал. А вечером слышу, она отцу жалуется: «Вась, что делать?» — «Чего?» — «Взяла масла давеча», — «И чё…» — «Хотела блинов вам испечь. А оно — растеклось по сковородке — и запахло нефтью». — «Как нефтью?» — «Вот так. Я подожгла — горит как нефть натуральная». — «Ну-ка, покажь», — говорит батя. А она говорит: «Так я в мусорку всё», — «Иди в магазин с жалобой». — «Вась…» — «Чего». — «Соседка сказала, что если скажешь в магазе про нефть в масле — сразу менты загребут», — «Тогда не надо. А что с блинами-то?» — «Я другого купила. Вроде нормальное — будут вам блины!»
— Да, я слышал это, — замахнул порцию Серёга. — Они ещё из нефти шубы делают. И продают за натуральные.
— Да хрен с ними, шубами. Всё равно денег нету. А вот то, что в пиво с водкой димедрол закачивают в промышленных масштабах — это точно.
— Нахрена димедрол? — не понял Егорка. — У нас в армии бром в еду закачивали, чтобы бабу не хотелось, — точняк. А димедрол зачем?
— Чтобы мужики поголовно пить бросали, — заключил Серёга.
— Да хрен им на палке, — помахал кому-то кулаком Колян. — Они вон пиво в бочках стиральным порошком разбавляют — нифига: пьём, и будем пить. — Налили по третьей.
— Ну, за Советскую армию!
— Ну, насчёт пива я слышал. Порошок сыплют, чтобы пены было больше.
— Да уж…
— Вот я тут… — задумался Серёга, — купил пирожок-говнотик у метро.
Налили водки.
— И вижу — там палец!
— Да пиз*шь!
— Зуб даю — человеческий палец.
— И чё ты, куда его?
— Куда-куда. Хотел продавщице сдать. Вернулся, — а её след простыл.
— И?..
— Что «И»? Припёрся на следующий день, чтобы предъяву волкам кинуть.
— Предъявил?
— Хрен там.
— Чё…
— Там другая чувиха оказалась — симпатичная-я-я-я-я-я, — расплылся в тупой пьяной улыбке, — донельзя.
— И?
— Ну, в кино пригласил, чё.
— И.
— Завтра решили сползать. На «Пиратов XX века».
— Ну, ляля тополя, пока базарили — туда-сюда — взял ещё у неё говнотиков. Пошёл домой. Весь такой в предвкушении. Возбуждённый, в общем.
— А как же Манька?
— Да кончай ты! Что Манька? Это ж так — чисто интрижка. Марлен Брандо, Мерлин Мурло… Что мы — хуже? «В джазе только девушки» смотрел?
— И чё… — Егорка даже рот открыл от невиданных Серёгиных приключений.
— Чё-чё. Иду, значит, ем пирожок. А там, блин, — ноготь человеческий!
— Да нунах…
— Разламываю второй говнотик. А там — лапы крысиные торчат, прикинь: «А-а-а-а-а!!!» — кричу я.
— В кино-то сходили? — наливая, перебил друга Колян. Явно не веря в суровые байки друганца.
— Да какое там… У них тама, видимо, текучка — жуткая. Пироги жарят — то с человеческим мясом, то с крысиным. Я ещё слышал, как пацаны с кошачьими зубами говнотики ели. Вот продавцы и меняются каждый день. Торговать-то надо. Мафия.
— Мафия, — явно с ухмылкой повторил Колян, аккуратно наливая всем поровну.
— Мафия, — взял стакан Егорка, наверняка веря старшему другу.
— Блин, а представляете, мужики. У нас такое дело было… В прошлом году Петрович из литейного цеха купил в «Океане» консервы «Ставриду». Ну, там, выпить с устаточку после смены — и ставридкой с хлебушком, значиться, закусить. Во-о-от…
— Да не тяни ты, как Райкин на Привозе.
— При чём тут Привоз?
— Ну-ну. А дальше, дальше что? — занервничал Егорка.
— Не перебивай.
— Наливай.
— На.
Выпил. Крякнул. Хрустнув огурчиком.
— Эх, хороша, зараза! Так вот, — Серёга продолжил, лыбясь на тускло покачивающуюся в гараже лампочку. — А в «Ставриде»-то этой — …
— Что?
— Ну.
— Что-что. Икра. Красная!
— Ну нихрена.
— Петрович, не будь дураком, — тут же рванул в «Океан», сняв предварительно со сберкнижки пятерик. И затарился икрой на все. В общем, около десяти банок взял. То есть в итоге мог сбарижить на заводе мужикам рублей на 15. Во как!
— Ну нихрена. Сбарыжил?
— Не успел…
— Почему.
— Он принёс икру на завод. Похвастался. После смены сели они душевно в подсобке — выпили. Закусили красной икоркой, как буржуи.
— Ну и…
— Ну, слух и разошёлся. Пару банок продал знакомым. А на следующий день к нему и пришли.
— Кто.
— В кожаных плащах.
— Почему.
— Там как получилось. Эта «сардина» для магазинов не предназначалась. И попала на прилавок чисто случайно. Так рыбная мафия, под прикрытием «Океана», отмывала деньги, украденные у государства. Чтобы вывезти за границу.
— Откуда знаешь?
— Плавали. Знаем.
— А Петрович что?
— Потаскали-потаскали — и отстали. А что он может сказать? Купил сардин, нарвался на икру. Те две банки, которые успел сбагрить, посчитали спекуляцией. Но, — учитывая награды, «участника войны», боевые заслуги, — закрыли дело.
— Я не понял, — засуетился Егорка. — А кому тогда предназначались те сардины-то?
— Откуда ж я... — деловито ответил Серёга, махнув очередной стопарик.
— И как ты на них отмоешь бабки, на сардинах-то?
— А ты представь, — Колька аккуратно раскупорил очередные огурчики: — Не 10 банок, что купил Петрович, — а 300 тонн этих «сардин». Которые, к примеру, «Океан» отправляет в Польшу. Или ГДР. Здесь-то они отчитаются по 60 копеек за банку. А там мафия продаст это по 20 рублей. Сколько прибыль? То-то же…
— А ты чё раньше это не рассказывал?
— Нельзя было. Да и сейчас нельзя.
— Почему?
— Дело-то ещё идёт. И Петровича в КГБ предупредили держать язык за зубами. А он всех нас предупредил. А я — вас. Понятно?
— Ну, за Морфлот.
Колян закурил.
— Дядь Коль, — спрашивает. — А что вот это за циферки? — достав из пачки «Космоса» вкладку с какими-то квадратиками.
— А-а-а… Это стара мулька. — Колян взял бумажку в руки. Что-то прикинул в уме: — 45.
— И что?
— В общем, смотри. Надо эти цифры в квадратиках сложить. И если получится 66 — выиграл «Москвича»!
— Да ну.
— Так и есть. Да только никто ещё на моей памяти не выиграл ничего подобного.
— Но я слышал, там и поменьше призы есть — типа самоката или велосипеда.
— Да, наверно, — согласился Колян, — надо знать комбинацию. Лотерея, в общем.
— Хотя слышал ещё, — добавил Серёга, — что если предъявить 100 таких вклеек, то получишь блок сигарет.
— Точно, батя это же говорил! — воскликнул Егорка.
Налили. Кваснули. Крякнули. Хрустнули. Закурили.
— Хороша зараза!
Колян, расслабленно:
— Я вот я когда в загранку ходил…
— Плавал на корабле? — встрял Егорка.
— Плавает говно. Корабли — ходют, бестолочь.
Егор насупился.
— Так вот, я на свои суточные мог пачки четыре «Мальборо» или «Кэмела» купить. Там — копейки стоят.
— Дак ты всю жись крутой ходил — джины, полароид, дублёнки всякие, — поддакнул Серёга.
— Да ладно. Не в деньгах счастье.
Пацаны хмыкнули разом.
— Там такая мулька была… — Колян съехал на шёпот: — Только не дай бог кому.
— Могила, — перекрестились пацаны-атеисты.
— Если под надписью Marlboro была звёздочка: в сигаретах — марихуана!
— У-у-у…
— Да-да. Это был нереальный подъём по бабкам!
— О-о-о…
— Дак вот откуда у тебя бабосы.
— Да какие бабосы! — Колян сплюнул. — Я ж трояк за контрабанду отмотал, с конфискацией. Это учитывая, что марихуану не нашли. Ниже низшего дали. Ребёнок тогда родился.
— Да, точно. Ты ж улетел на нары в 73-м, помню, — кивнул Серёга, заглотив порцию налитого.
— Но суть не в том.
— А в чём?
— В том, что если под Marlboro нарисован маленький чёрный крестик — в сигаретах был… героин! — Колян даже осмотрелся со страху — типа не висят ли по стенам гаража лишние уши.
Пацаны примолкли.
— А это — расстрел.
Пауза.
— Возил? — не выдержал паузы Егорка.
— Тише ты, дурень! — зашипели на него собутыльники.
— На позапрошлой неделе с завода шли, — Серёга с трудом составлял слова. — И прикинь, прямо на нас несётся газик с прицепной бочкой. Потом уже, — когда он с грохотом перевернулся, — выяснилось, что у машины отказали тормоза. И водила, как «директор» из фильма, спецом налетел на бордюр, чтобы кувыркнуться — и людей на проходной не покалечить.
— Молодец мужик, — икнул Колян.
— Но суть не в том.
— А в чём? — Егорка потряс банку, — но огурцов там уже не было.
– Рассол на утро прибереги: пригодится, – хохотнул Колян.
Серёга продолжил:
— Бочка-то пивная пустая была, её заправлять везли. А внутри валялся… труп.
— Труп?
— Труп, — Серёга закатил глаза, скрестил руки на груди, чтобы точнее изобразить.
Егорка аж рот открыл от удивления.
— Ну… Туп не труп, — Колян, старый морской волк, был настроен поскептичнее Егорки. — А я вот что вам поведаю, ребята. Вот скажи, браток, — ткнул остатком огурца в Егора: — У тебя магнитофон есть?
— Есть. Только не у меня — у предков. Но понятно, что только я им и пользуюсь. Отцу некогда — он лучше в домино. Мать вообще не разгибается: работа-кухня, кухня-работа.
— И у меня имеется. И у Серёги.
— Так точно, — поддакнул тот.
— Когда я в загранку ходил [«Плавает говно, корабли ходют», — ухмыльнулся Егор.], то там весь молодняк шастал с приёмниками и кассетниками. Приёмники были и у нас, в СССР. Но вот магнитофонов, тем более мини — раз-два и обчёлся…
Разлили по последней. Да и закуси уже не осталось.
— Сейчас у каждого — по магнитофону. Верно?
— Верно… — кивнули друзья.
— А сделано это специально, — чтобы КГБ знало, чем каждый житель Союза занимается, — Колян говорил страшным заупокойным шёпотом.
— Это как это…
— Как это, — эхом отозвался Егор.
— Так это! — зло отрезал Колян. — Кагэбэшники ездят по городу… — он посмотрел в щёлку гаражной двери: нет ли кого на улице. — Ездюют на машинах с локаторами. И слушают в наушники — какая музыка у кого играет. И фиксируют в тетради, кто что по мафону крутит. И потом…
— Что потом.
— Что потом, — Егорка, эхом.
— Что потом. Кирдык — вот что, — Колян скрестил по паре пальцев.
— Блин, я тут Слейдов у Машки списал.
Колян расширил до невозможности глаза.
— Машка на всей громкости их врубает.
Глаза Коляна аж выкатились из орбит.
— Пойду сотру нафиг.
— И правильно сделаешь.
— Подожди, — не понял Серёга. — Но ведь зарубежную эстраду по телеку ночью кажут.
— Э-э-э… То не то. То — проверено и допущено к показу кем? Ка-Гэ-Бэ. А ваше — не допущено нихрена.
— Ну, за нашу доблестную милицию!
— Будем жить.
© Игорь Фунт
Итак, пьют Колька, Серёга и Егор (он помладше)
— Вчера Манька колбасы достала, — начинает базар Серёга. — Ну, пожарили картофану, сверху — колбасные кругляшки. Смотрю — потекли кругляшки-то, обмякли и превратились в какую-то жижу. Я их достал. Они полежали, высохли — туалетная бумага оказалась внутри-то! Сверху кожура типа мясная, — а внутри: бумага. Вот и поели, называется.
Егорка разлил по кругу гранёные полтишки.
— А слабо зараз в три стакана поровну? — ухмыльнулся Колька.
— Это старая мулька: по 7 буль-булей на рыло.
— Почему по семь? — не понял Егор.
— В бутылке — 21 буль-булька. Поэтому на троих — получается по 7. Вот и всё.
— Кстати, чувствуете, водка немного как бы древесиной отдаёт?
— Ну…
— Это её из опилок стали гнать.
— Да ну…
— Да-да. Брежнев все бабки в ракеты вбухивает, да на Кубу отсылает — вместе с урожаем зерна. Вот водку и делают из опилок.
— Ну, сволочи.
— Это что, — подхватил Егорка. — Маманька тут масла сливочного купила. Я в ПТУ убежал. А вечером слышу, она отцу жалуется: «Вась, что делать?» — «Чего?» — «Взяла масла давеча», — «И чё…» — «Хотела блинов вам испечь. А оно — растеклось по сковородке — и запахло нефтью». — «Как нефтью?» — «Вот так. Я подожгла — горит как нефть натуральная». — «Ну-ка, покажь», — говорит батя. А она говорит: «Так я в мусорку всё», — «Иди в магазин с жалобой». — «Вась…» — «Чего». — «Соседка сказала, что если скажешь в магазе про нефть в масле — сразу менты загребут», — «Тогда не надо. А что с блинами-то?» — «Я другого купила. Вроде нормальное — будут вам блины!»
— Да, я слышал это, — замахнул порцию Серёга. — Они ещё из нефти шубы делают. И продают за натуральные.
— Да хрен с ними, шубами. Всё равно денег нету. А вот то, что в пиво с водкой димедрол закачивают в промышленных масштабах — это точно.
— Нахрена димедрол? — не понял Егорка. — У нас в армии бром в еду закачивали, чтобы бабу не хотелось, — точняк. А димедрол зачем?
— Чтобы мужики поголовно пить бросали, — заключил Серёга.
— Да хрен им на палке, — помахал кому-то кулаком Колян. — Они вон пиво в бочках стиральным порошком разбавляют — нифига: пьём, и будем пить. — Налили по третьей.
— Ну, за Советскую армию!
— Ну, насчёт пива я слышал. Порошок сыплют, чтобы пены было больше.
— Да уж…
— Вот я тут… — задумался Серёга, — купил пирожок-говнотик у метро.
Налили водки.
— И вижу — там палец!
— Да пиз*шь!
— Зуб даю — человеческий палец.
— И чё ты, куда его?
— Куда-куда. Хотел продавщице сдать. Вернулся, — а её след простыл.
— И?..
— Что «И»? Припёрся на следующий день, чтобы предъяву волкам кинуть.
— Предъявил?
— Хрен там.
— Чё…
— Там другая чувиха оказалась — симпатичная-я-я-я-я-я, — расплылся в тупой пьяной улыбке, — донельзя.
— И?
— Ну, в кино пригласил, чё.
— И.
— Завтра решили сползать. На «Пиратов XX века».
— Ну, ляля тополя, пока базарили — туда-сюда — взял ещё у неё говнотиков. Пошёл домой. Весь такой в предвкушении. Возбуждённый, в общем.
— А как же Манька?
— Да кончай ты! Что Манька? Это ж так — чисто интрижка. Марлен Брандо, Мерлин Мурло… Что мы — хуже? «В джазе только девушки» смотрел?
— И чё… — Егорка даже рот открыл от невиданных Серёгиных приключений.
— Чё-чё. Иду, значит, ем пирожок. А там, блин, — ноготь человеческий!
— Да нунах…
— Разламываю второй говнотик. А там — лапы крысиные торчат, прикинь: «А-а-а-а-а!!!» — кричу я.
— В кино-то сходили? — наливая, перебил друга Колян. Явно не веря в суровые байки друганца.
— Да какое там… У них тама, видимо, текучка — жуткая. Пироги жарят — то с человеческим мясом, то с крысиным. Я ещё слышал, как пацаны с кошачьими зубами говнотики ели. Вот продавцы и меняются каждый день. Торговать-то надо. Мафия.
— Мафия, — явно с ухмылкой повторил Колян, аккуратно наливая всем поровну.
— Мафия, — взял стакан Егорка, наверняка веря старшему другу.
— Блин, а представляете, мужики. У нас такое дело было… В прошлом году Петрович из литейного цеха купил в «Океане» консервы «Ставриду». Ну, там, выпить с устаточку после смены — и ставридкой с хлебушком, значиться, закусить. Во-о-от…
— Да не тяни ты, как Райкин на Привозе.
— При чём тут Привоз?
— Ну-ну. А дальше, дальше что? — занервничал Егорка.
— Не перебивай.
— Наливай.
— На.
Выпил. Крякнул. Хрустнув огурчиком.
— Эх, хороша, зараза! Так вот, — Серёга продолжил, лыбясь на тускло покачивающуюся в гараже лампочку. — А в «Ставриде»-то этой — …
— Что?
— Ну.
— Что-что. Икра. Красная!
— Ну нихрена.
— Петрович, не будь дураком, — тут же рванул в «Океан», сняв предварительно со сберкнижки пятерик. И затарился икрой на все. В общем, около десяти банок взял. То есть в итоге мог сбарижить на заводе мужикам рублей на 15. Во как!
— Ну нихрена. Сбарыжил?
— Не успел…
— Почему.
— Он принёс икру на завод. Похвастался. После смены сели они душевно в подсобке — выпили. Закусили красной икоркой, как буржуи.
— Ну и…
— Ну, слух и разошёлся. Пару банок продал знакомым. А на следующий день к нему и пришли.
— Кто.
— В кожаных плащах.
— Почему.
— Там как получилось. Эта «сардина» для магазинов не предназначалась. И попала на прилавок чисто случайно. Так рыбная мафия, под прикрытием «Океана», отмывала деньги, украденные у государства. Чтобы вывезти за границу.
— Откуда знаешь?
— Плавали. Знаем.
— А Петрович что?
— Потаскали-потаскали — и отстали. А что он может сказать? Купил сардин, нарвался на икру. Те две банки, которые успел сбагрить, посчитали спекуляцией. Но, — учитывая награды, «участника войны», боевые заслуги, — закрыли дело.
— Я не понял, — засуетился Егорка. — А кому тогда предназначались те сардины-то?
— Откуда ж я... — деловито ответил Серёга, махнув очередной стопарик.
— И как ты на них отмоешь бабки, на сардинах-то?
— А ты представь, — Колька аккуратно раскупорил очередные огурчики: — Не 10 банок, что купил Петрович, — а 300 тонн этих «сардин». Которые, к примеру, «Океан» отправляет в Польшу. Или ГДР. Здесь-то они отчитаются по 60 копеек за банку. А там мафия продаст это по 20 рублей. Сколько прибыль? То-то же…
— А ты чё раньше это не рассказывал?
— Нельзя было. Да и сейчас нельзя.
— Почему?
— Дело-то ещё идёт. И Петровича в КГБ предупредили держать язык за зубами. А он всех нас предупредил. А я — вас. Понятно?
— Ну, за Морфлот.
Колян закурил.
— Дядь Коль, — спрашивает. — А что вот это за циферки? — достав из пачки «Космоса» вкладку с какими-то квадратиками.
— А-а-а… Это стара мулька. — Колян взял бумажку в руки. Что-то прикинул в уме: — 45.
— И что?
— В общем, смотри. Надо эти цифры в квадратиках сложить. И если получится 66 — выиграл «Москвича»!
— Да ну.
— Так и есть. Да только никто ещё на моей памяти не выиграл ничего подобного.
— Но я слышал, там и поменьше призы есть — типа самоката или велосипеда.
— Да, наверно, — согласился Колян, — надо знать комбинацию. Лотерея, в общем.
— Хотя слышал ещё, — добавил Серёга, — что если предъявить 100 таких вклеек, то получишь блок сигарет.
— Точно, батя это же говорил! — воскликнул Егорка.
Налили. Кваснули. Крякнули. Хрустнули. Закурили.
— Хороша зараза!
Колян, расслабленно:
— Я вот я когда в загранку ходил…
— Плавал на корабле? — встрял Егорка.
— Плавает говно. Корабли — ходют, бестолочь.
Егор насупился.
— Так вот, я на свои суточные мог пачки четыре «Мальборо» или «Кэмела» купить. Там — копейки стоят.
— Дак ты всю жись крутой ходил — джины, полароид, дублёнки всякие, — поддакнул Серёга.
— Да ладно. Не в деньгах счастье.
Пацаны хмыкнули разом.
— Там такая мулька была… — Колян съехал на шёпот: — Только не дай бог кому.
— Могила, — перекрестились пацаны-атеисты.
— Если под надписью Marlboro была звёздочка: в сигаретах — марихуана!
— У-у-у…
— Да-да. Это был нереальный подъём по бабкам!
— О-о-о…
— Дак вот откуда у тебя бабосы.
— Да какие бабосы! — Колян сплюнул. — Я ж трояк за контрабанду отмотал, с конфискацией. Это учитывая, что марихуану не нашли. Ниже низшего дали. Ребёнок тогда родился.
— Да, точно. Ты ж улетел на нары в 73-м, помню, — кивнул Серёга, заглотив порцию налитого.
— Но суть не в том.
— А в чём?
— В том, что если под Marlboro нарисован маленький чёрный крестик — в сигаретах был… героин! — Колян даже осмотрелся со страху — типа не висят ли по стенам гаража лишние уши.
Пацаны примолкли.
— А это — расстрел.
Пауза.
— Возил? — не выдержал паузы Егорка.
— Тише ты, дурень! — зашипели на него собутыльники.
— На позапрошлой неделе с завода шли, — Серёга с трудом составлял слова. — И прикинь, прямо на нас несётся газик с прицепной бочкой. Потом уже, — когда он с грохотом перевернулся, — выяснилось, что у машины отказали тормоза. И водила, как «директор» из фильма, спецом налетел на бордюр, чтобы кувыркнуться — и людей на проходной не покалечить.
— Молодец мужик, — икнул Колян.
— Но суть не в том.
— А в чём? — Егорка потряс банку, — но огурцов там уже не было.
– Рассол на утро прибереги: пригодится, – хохотнул Колян.
Серёга продолжил:
— Бочка-то пивная пустая была, её заправлять везли. А внутри валялся… труп.
— Труп?
— Труп, — Серёга закатил глаза, скрестил руки на груди, чтобы точнее изобразить.
Егорка аж рот открыл от удивления.
— Ну… Туп не труп, — Колян, старый морской волк, был настроен поскептичнее Егорки. — А я вот что вам поведаю, ребята. Вот скажи, браток, — ткнул остатком огурца в Егора: — У тебя магнитофон есть?
— Есть. Только не у меня — у предков. Но понятно, что только я им и пользуюсь. Отцу некогда — он лучше в домино. Мать вообще не разгибается: работа-кухня, кухня-работа.
— И у меня имеется. И у Серёги.
— Так точно, — поддакнул тот.
— Когда я в загранку ходил [«Плавает говно, корабли ходют», — ухмыльнулся Егор.], то там весь молодняк шастал с приёмниками и кассетниками. Приёмники были и у нас, в СССР. Но вот магнитофонов, тем более мини — раз-два и обчёлся…
Разлили по последней. Да и закуси уже не осталось.
— Сейчас у каждого — по магнитофону. Верно?
— Верно… — кивнули друзья.
— А сделано это специально, — чтобы КГБ знало, чем каждый житель Союза занимается, — Колян говорил страшным заупокойным шёпотом.
— Это как это…
— Как это, — эхом отозвался Егор.
— Так это! — зло отрезал Колян. — Кагэбэшники ездят по городу… — он посмотрел в щёлку гаражной двери: нет ли кого на улице. — Ездюют на машинах с локаторами. И слушают в наушники — какая музыка у кого играет. И фиксируют в тетради, кто что по мафону крутит. И потом…
— Что потом.
— Что потом, — Егорка, эхом.
— Что потом. Кирдык — вот что, — Колян скрестил по паре пальцев.
— Блин, я тут Слейдов у Машки списал.
Колян расширил до невозможности глаза.
— Машка на всей громкости их врубает.
Глаза Коляна аж выкатились из орбит.
— Пойду сотру нафиг.
— И правильно сделаешь.
— Подожди, — не понял Серёга. — Но ведь зарубежную эстраду по телеку ночью кажут.
— Э-э-э… То не то. То — проверено и допущено к показу кем? Ка-Гэ-Бэ. А ваше — не допущено нихрена.
— Ну, за нашу доблестную милицию!
— Будем жить.
© Игорь Фунт
- Сообщения
- 105,952
- Реакции
- 426,756
- Баллы
- 135
Обрез
Вспомнился, тут, случай из детства.
Сделали мы однажды с друзьями обрез. Подвернулась старая бесхозная двустволка - дед у кого-то умер. Отпилили стволы и приклад, обработали напильником и наждачкой, накрутили изоленты. Испытать решили в заброшенной деревне по соседству.
Отвезти нас туда, любезно согласился старший товарищ на папином “Москвиче”. Приехав, мы расстреляли все три патрона, выпили, поржали и отправились назад.
На въезде в наш поселок стояли ГАИшники.
Наш водила, мальчик со стажем, резко вспомнил, что у него, вообще-то, условный срок идёт и если нас принимают с обрезом, он автоматически уезжает питаться еловой шишкой. Чювак начал волноваться. Мы тоже заскучали.
На наше счастье гайцы занялись очередным лесовозом, и мы потихоньку, на второй скорости , проехали мимо. Пытаясь припрятать обрез. Пытаясь – потому, что его нигде в салоне не было. Видимо забыли на стрельбище. Поехали назад, мимо ГАИшников уже смело – оружия нет, бояться нечего.
Выйдя из машины, на поляне, где стреляли, обнаружили обрез на багажнике, на крыше нашего “Москвича АЗЛК”…
Назад возвращались очень в объезд.
© wintermute115
Вспомнился, тут, случай из детства.
Сделали мы однажды с друзьями обрез. Подвернулась старая бесхозная двустволка - дед у кого-то умер. Отпилили стволы и приклад, обработали напильником и наждачкой, накрутили изоленты. Испытать решили в заброшенной деревне по соседству.
Отвезти нас туда, любезно согласился старший товарищ на папином “Москвиче”. Приехав, мы расстреляли все три патрона, выпили, поржали и отправились назад.
На въезде в наш поселок стояли ГАИшники.
Наш водила, мальчик со стажем, резко вспомнил, что у него, вообще-то, условный срок идёт и если нас принимают с обрезом, он автоматически уезжает питаться еловой шишкой. Чювак начал волноваться. Мы тоже заскучали.
На наше счастье гайцы занялись очередным лесовозом, и мы потихоньку, на второй скорости , проехали мимо. Пытаясь припрятать обрез. Пытаясь – потому, что его нигде в салоне не было. Видимо забыли на стрельбище. Поехали назад, мимо ГАИшников уже смело – оружия нет, бояться нечего.
Выйдя из машины, на поляне, где стреляли, обнаружили обрез на багажнике, на крыше нашего “Москвича АЗЛК”…
Назад возвращались очень в объезд.
© wintermute115