Водяной с гарпуном: омич проводит несколько часов под водой, чтобы подстрелить рыбу

29
Водяной-с-гарпуном:-омич-проводит-несколько-часов-под-водой,-чтобы-подстрелить-рыбу
Лучшая прозрачность, которую Николай видел в Омской области, — метров пять. Но обычно она меньше как минимум раза в два

Лучшая прозрачность, которую Николай видел в Омской области, — метров пять. Но обычно она меньше как минимум раза в два

Северное озеро в 450 километрах от Омска. Вода, как слеза, но три часа вижу только мелкого окуня с чебаком. Уже и подустал, но на берег не хочется хотя бы из-за тучи мошек — те жаждут мести за свою родню, вчера оставшуюся на лобовом стекле. А место казалось таким перспективным. Может, рыба не здесь, на пятиметровой глубине, а у берега в камыше?

Под водой слышишь только своё дыхание и биение сердца. Вот уже локти касаются дна. Где же сазан? Поворачиваю голову и вижу знакомый силуэт, бронзовую чешую. Красавец стоит в метре от меня.

Все спрашивают — ты целишься под водой? Нет, никогда. Всё навскидку, на уровне рефлексов — рыба просто не даёт шанса на прицеливание. Иногда бывает даже так: она уходит за границу прозрачности — ты делаешь резкую проводку с упреждением и стреляешь в темноту. Иногда попадаешь! А в этот раз попасть было проще — было сложно его найти.

Вообще, под водой всё по-другому — и рыба выглядит больше, чем есть на самом деле. Но с этим сазаном сразу стало понятно, что он будет моим рекордом. Подтягиваю линь… Что за ерунда? За сазаном кто-то есть… Ещё один — дубль одним выстрелом!

В лодке взвешиваю: «маленький», который прятался сзади, — 4,6 килограмма. Это немногим меньше моего лучшего трофея. А большой — действительно большой: 8,3 кг!

«Если рыбе нравится стоять на каком-то месте, она обязательно туда вернётся. Как, собственно, и человек»

«Если рыбе нравится стоять на каком-то месте, она обязательно туда вернётся. Как, собственно, и человек»

Когда Николай Носорев рассказывает о своих приключениях в интернете, половина комментаторов обычно пишет, что всё это фейк и фотошоп. Действительно, даже не всякий заядлый рыболов знает о том, что у нас можно нырять, что-то при этом видеть и куда-то стрелять. Оказывается, можно — только далеко не везде. Николай, в частности, ездит на озёра на севере области, на новосибирские Чаны, а по осени ныряет даже в старицах Иртыша. Охотник поделился с нами наблюдением: если со спутника водоём черного цвета — шанс прозрачной воды довольно велик. Ик, Тенис, Салтаим, например, наоборот, белые, светло-молочные.

— Есть и другая категория людей — они считают, что мы, как в тире: нырнул и на рыбный рынок попал. Хочу красную, хочу белую… Фига там: даже в огнестрельной охоте зверь и охотник на равных. А здесь ещё сложнее: вода — враждебная стихия для человека. Мы не можем дышать под водой и видим плохо. Тем, кто называют нас браконьерами: ребята, восемьсот километров ехать, восемь часов проплавать и ни одной рыбы не увидеть — было у меня и такое. А первого сазана взял только года через четыре, — рассказывает Николай.

«Подводному охотнику не обязательно уметь плавать. Наши гидрокостюмы сделаны из вспененной резины — это, грубо говоря, шоколадка пористая»

Николай Носорев

Главный трофей омских подводных охотников ещё называют подводным кабаном. Действительно, сазан — массивный, живучий, труднопробиваемый и ест почти всё подряд. У Николая бывало, что рыба успевала развернуться, пока гарпун летел до неё. Казалось бы, человека насквозь пробьёт — но у сазана, если попасть под углом, две чешуи выбивает и рикошетит в сторону.

Первый сом, которого добыл Николай

Первый сом, которого добыл Николай

— Один после такого попадания ещё мимо меня туда-сюда проплыл с гордо поднятой головой и ушел восвояси, — смеётся Николай.

Рыбачит он уже двадцать с лишним лет, а подводной охотой занимается последние семь. Всегда, говорит, хотел попробовать, но возможность выдалась только с другом из Владивостока, который дал Николаю пострелять из ружья. С тех пор в Омске собралась небольшая компания подводных охотников, которые летом вместе ездят по озёрам, а в межсезонье договариваются с бассейнами и тренируются там. Надо полагать, без других плавающих. Но в естественной среде обитания подводного охотника, конечно, значительно интереснее.

«Минимальный комплект для подводной охоты можно взять тысяч за тридцать. Но дальше начинаются лодки, моторы, поэтому верхней границы нет»

Николай Носорев

— Однажды увидел стаю плотвы, а рядом — щука. Здорово, думаю, послежу. Замер, не шевелюсь. Перед тем как броситься, она раскачивается немного вперёд-назад. Моргаю — а она уже с плотвой в зубах — только хвост торчит. То есть меньше секунды ей потребовалось на то, чтобы преодолеть два метра. Есть, кстати, такая байка: что попало в рот щуке, назад уже не вылезет — вроде как у неё зубы внутрь направлены. Так вот, я неосторожно пошевелился — она плотву выплёвывает и удирает. Плотва стоит пару секунд, покусанная, ничего не понимает — тоже в итоге уплыла, — рассказывает Николай.

Тот самый сазан на 8,3 килограмма

Тот самый сазан на 8,3 килограмма

За семь лет подводной охоты он видел много интересного. Например, как кормится крупный карп — плывёт себе, потом переворачивается кверху брюхом и начинает объедать кувшинки с нижней стороны. Видел, как они спят по ночам, — и сон у рыб, оказывается, бывает богатырским. До того доходило, что Николай толкал рукой карпа, рыбу относило по инерции в сторонку, но она продолжала спать.

— Всё это очень интересно: следишь за приманками рыбаков, смотришь, как щука на них бросается… Помогал, кстати, и доставать зацепившиеся приманки. Нас поэтому рыбаки в шутку называют спаниелями и эхолотами. Мы их, конечно, тоже обзываем по-всякому… А если серьёзно, иногда настроение такое, что просто плаваешь и смотришь, — делится подводный охотник.

По словам Николая, в воде всё по-другому — и посмотреть там есть на что, хотя и видно плохо.